Медиатор

Ему выстраивать нелегкие взаимоотношения с матерью. С каждым годом их ассоциацию останавливалась день ото дня запутанной. С одной стороны, он переживал полнейшую привязанность, однако с другой - систематическое усилие и недопонимание. Всякий диалог преобразовывался в филигранное и небезопасное танго, где малейшее неправильное перемещение могло потребовать добиваю эмоций. Он старался замечать, дабы не зацепить ее чувства, однако временами такое представлялось невозможным. В его сознании накладывался характер женщины, которая, невзирая на свою любовь, могла существовать требовательной и требовательной. И тут он оказался на пределе, где любовь и страх переплетались, основывая сложноватые разводы внутреннего конфликта. Вдобавок он настолько неплохо чувствит людей, что давным-давно не верует никому. За годы общения с опоясывающими он выучился различать эмоции и утаенные намерения. Это умение, с одной стороны, водилось даром, дозволяющим ему избегать манипуляций, однако с другой - стало родником долговременного одиночества. Он видел, как многие люди играют роли, запрятывая свои настоящие ощущения после масками. Это наблюдение стало ради него своего рода предохранительным механизмом, однако и изоляцией. Всякий новоизобретенный привычный активизировал у него настороженность, и он предпочитал придерживаться для расстоянии, дабы не подвергать себя риску существовать послушным снова. В конечном итоге, он очутился в западне личных эмоций. Несподручность поверять прочим и аж себе основывала чувствование безвыходности. Он мечтал про то, дабы единожды некто сумел пробраться в его внутренний мир, заприметить его настоящим, без масок и защитных барьеров. Но страх существовать раненым сначала ограничивал его. Он продолжал разыскивать логос в своих переживаниях, надеясь, что однажды сумеет обнаружить именно ту чистосердечную связь, какая поможет ему освободиться от оков сомнения и страха.